03 декабря 1997
3559

Подберезкин Алексей Иванович Обзор СМИ 1997 г.

Московский комсомолец, N001, 5.1.1997, СНОТВОРНЫЙ ГОД.

У всех мы спрашивали одно и тоже.

1. Сбылись ли ваши прогнозы на 1996 год?
2. Что нас ждет в будущем году?
3. Велика ли опасность катаклизмов в наступающем году?
4. Была ли какая-нибудь неожиданность для вас в прошедшем году?

АЛЕКСЕЙ ПОДБЕРЕЗКИН, ГЛАВНЫЙ ЭКСПЕРТ НАРОДНО-ПАТРИОТИЧЕСКОГО СОЮЗА РОССИИ И ОДИН ИЗ РУКОВОДИТЕЛЕЙ ПРЕДВЫБОРНОЙ КАМПАНИИ КАНДИДАТА В ПРЕЗИДЕНТЫ РФ ЗЮГАНОВА Г.А.:

1. Да. Все. Самый главный из них - поворот в сторону прагматизма, отход от излишней идеологизации в решении проблем реализации национальных интересов России. Как я и предполагал, постепенно начинает выравниваться курс внешней политики в сторону отвоевывания утерянных нами позиций на мировой арене.

2. В политике нас ожидает продолжение формирования многопартийной системы и кристаллизация нескольких крупнейших политических партий. В экономике нас ждет период глубокой стагнации, которая, вероятно, продлится весь год, но может стать ступенью для постепенного выхода из кризиса.

3. Да, они будут. Россияне до конца не прошли еще свой путь осознания действительных интересов государства. Поэтому попытки некоторых политиков использовать ухудшение ситуации в стране в своих личных целях будут продолжаться. Разумеется, это приведет к дестабилизации обстановки. А В сочетании с экологическим кризисом и последствиями разрушения научно-технической базы это может вызвать очень серьезные катаклизмы.

4. К сожалению, для меня не было никаких неожиданностей. Процессы развития сегодняшней ситуации в России достаточно жестко детерминированы и предсказуемы.
назад

ИTAP-TACC, 13.1.1997, В ходе губернаторских выборов "победил прагматичный, компромиссный подход, что работает на стабильность страны". Таково мнение сопредседателя Народно-патриотического союза России Алексея Подберёзкина, которое он высказал сегодня в интервью корр. ИТАР-ТАСС.

"По сути, обе стороны считают, что победили на выборах, и самое интересное, что это действительно так", - заявил председатель движения "Духовное наследие", считающийся главным идеологом Союза и одним из наиболее влиятельных советников лидера НПСР и Компартии РФ Геннадия Зюганова. Он уверен, что на губернаторских выборах одержали победу люди, "которые хотят и могут удержать ситуацию в стране". Есть, конечно, исключения, но в целом нет резкой политизации, нет борьбы по принципу: все или ничего, продолжил он.

Алексей Подберёзкин - главная мишень для нападок ортодоксальных коммунистов, которые считают, что он сбивает руководство КПРФ и НПСР с праведного коммунистического пути. "Что, кроме кукареканья, они могут сказать?" - спросил он, комментируя критику левых радикалов. Изменить ситуацию в стране можно лишь постепенно, отметил он, осудив "безответственность кучки радикалов". Конечно, они набирают на такой критике определенные политические очки, учитывая общую радикализацию настроений масс, но настоящие государственники должны иногда идти на политические минусы, если речь идет об интересах государства.
Алексей Подберезкин весьма критически оценил притязания на власть Александра Лебедя, заявив, что "полностью исключает" возможность поддержки его со стороны НПСР. "В стране и так было у власти очень много непрофессионалов, и если добавить еще одного, у которого нет политического опыта и вообще ничего, кроме харизмы, это может принести стране беды, которые она просто не переживет", - считает он.
Людмила Александрова

назад

Деловой Урал, N001, 16.1.1997, НЕ НАДО СКРОМНИЧАТЬ.

Отношения с Балтийскими государствами остаются, при всей их нынешней "негромкости", достаточно напряженными. Идут переговоры, торговля, но проблемы и конфликтные ситуации старые; отношение " к русскоязычному населению, пограничный вопрос, вступление в НАТО... Что думает по этому поводу наша парламентская левая оппозиция? На вопросы нашего корреспондента Андрея Жукова отвечает депутат Госдумы РФ, заместитель председателя Комитета по международным делам, один из лидеров Народно-патриотического союза Алексей ПОДБЕРЕЗКИН.

Как должна строиться политика России в отношении Прибалтики?

- Я убежден: мы не используем и десятой части наших возможностей, прежде всего экономических, финансовых, политических, для воздействия на Балтийские государства с целью создания более благоприятного климата для той части русского населения, которое там осталось. Не секрет, что Балтийские государства наносят значительный ущерб экономической безопасности России, не секрет, что там осталась значительная часть собственности Советского Союза (в частности порты, которые строил весь советский народ). Только бездарный развод позволил эту собственность приватизировать Балтийским государствам. Но раз уж так случилось, то мы должны занимать значительно более жесткую позицию финансовом и экономическом плане, чтобы защитить свои финансовые и экономические интересы и ту часть русскоязычного населения, которое проживает в Прибалтике. И не допустить даже попыток дискуссий по границам.

- В чем конкретно может выражаться экономическое воздействие?

- Наше сближение с Белоруссией, возможное создание единого государства - сам факт такого развития событий превращает Балтийские государства в анклав, который с запада будет граничить с Калининградской областью, с юга и востока с Белоруссией и РФ. И этого более чем достаточно, хотя бы с экономической точки зрения, чтобы более решительно влиять на политику Балтийских государств. А как вы оцениваете политику нашего МИДа в от* ношении Прибалтики?

- Определенным этапом для меня явился 1993 год, когда премьер Черномырдин впервые официально, от имени российского правительства, высказал озабоченность защитой интересов русских граждан. Это было в связи с инцидентом с российскими гражданами в Варшаве. И потом постепенно, конечно, медленнее, чем хотелось бы, процесс пошел. С приходом Примакова на пост министра иностранных дел политика России стала более национально ориентированной. Более, но не значит, что достаточно. Мы еще скромничаем и не используем всех наших возможностей и ресурсов. Например, сейчас под судом находятся бывшие руководители Литвы, идет преследование многих людей. Ко мне, например, обратились бывшие депутаты СССР и РСФСР Виктор Алкснис и Виктор Аксючиц, которые лишены возможности приезжать к себе на родину, хотя у них там живут родители. Это грубое нарушение прав человека. Почему мы не используем все механизмы, в частности механизмы ОБСЕ?! Почему мы не используем все механизмы внешнеполитического давления, мне непонятно. Что бы могла сделать в этом плане Государственная дума? Хотя известно, что ее возможности достаточно ограничены только утверждение международных договоров.

- Собственно говоря, этого не так уж мало - утверждение договоров, особенно двухсторонних. В том числе договоров об охране совместных инвестиций, по налогообложению. Но Думой могут быть поставлены и другие условия (по правилам торговли, по таможенному обложению). Например, принимается бюджет, где вводятся определенные тарифы (на перевозки, на торговлю). Можно договориться с соответствующими министерствами, чтобы тарифы в отношении государств, которые не выполняют обязательства по отношению к русскоязычному населению, были значительно выше. Кстати, США так и делают.
Вы являетесь сопредседателем Народно-патриотического союза и известны как один из лидеров фракции КПРФ. Скажите, ваша фракция будет ставить этот вопрос?

- Мы этот вопрос обсуждаем. Как вы оцениваете ситуацию с пограничными претензиями, которые постоянно высказываются (правда, в основном на неофициальном уровне)?

- Я считаю, что любая попытка поставить под сомнение законность этих границ не выгодна ни Балтийским государствам, ни России. Россия может выдвинуть контрпретензии, в частности поставить вопрос о Клайпедской области. Или вопрос о той части Литвы, которая всегда была в составе Белоруссии, Польши. Если уж возвращаться к договорам 2030-х годов, то их надо рассматривать в комплексе.
По материалам "Глобуса".

назад

Эхо Москвы, 20.1.1997, РАСШИРЕНИЕ НАТО НА ВОСТОК РАЗРУШИТ ВСЮ СИСТЕМУ СУЩЕСТВУЮЩИХ ВОЕННОПОЛИТИЧЕСКИХ ДОГОВОРОВ

"Если НАТО близко подходит к границам России, то рушится вся система военно-политических договоров, в том числе и по ограничению обычных и стратегических вооружений," - подчеркнул в прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" заместитель председателя комитета Госдумы по международным делам Алексей Подберезкин.

"Ситуация меняется таким образом, что Госдуме РФ не стоит ратифицировать договор СНВ-2, России не надо участвовать в переговорах по сокращению обычных вооружений," - считает А.Подберезкин. По мнению А.Подберезкина, расширение НАТО на восток, влекущее за собой такие меры, как создание соответствующей инфраструктуры, стандартизация вооружений, закупка военной техники и так далее, "объективно влияет на изменение реального соотношения сил в мире, на придание этому блоку совершенно новых качеств".

Комментируя мнение западных обозревателей о том, что генеральный секретарь НАТО Хавьер Солана предложит России консультативную роль в структуре Северо-Атлантического союза, что означает, по сути, внедрение России в НАТО, А. Подберезкин отметил, что "происходит подмена понятий: сотрудничество предлагается как некая компенсация за продвижение блока к границам России, но эта компенсация отнюдь не достаточна, она абсолютно не отражает масштабы реальной угрозы".
назад

Московский комсомолец, N011, 21.1.1997, ВОПРОС НЕДЕЛИ.

1. Каковы будут последствия отрицательного результата референдума по объединению России и Белоруссии?

2. Правомочно, ли доверять пост вице-президента Федерации руководителю Белоруссии, за которого не голосовали российские избиратели?

3. Какой срок реально понадобится для внесения изменений в Конституции России и Белоруссии?

4. Знакомы ли вы с текстом Конституции Республики Беларусь и считаете ли возможным одновременное действие в республиках Конституций, серьезно отличающихся друг от друга?

5. Считаете ли вы, что необходимо будет немедленно провести новые выборы в обоих государствах после их объединения - в совместные органы представительной и исполнительной властей?
АЛЕКСЕЙ ПОДБЕРЕЗКИН, СОПРЕДСЕДАТЕЛЬ НПСР, ЗАМПРЕД КОМИТЕТА ГОСДУМЫ ПО МЕЖДУНАРОДНЫМ ДЕЛАМ:

1. Никаких. Потому, что отрицательных результатов не будет. Не менее 65% проголосует "за".

2. Да. И любой другой, кроме президентского, потому что никто, кроме президента, сегодня в РФ и не избирается.

3. Все зависит от желания. Можно и за шесть месяцев.

4. Нет. С текстом не знаком. Но уверен, что те различия, которые имеются, можно учесть быстро.

5. Нет. Немедленно делать ничего не нужно. Лучше сделать хорошо и быстро....
Владимир НОВИКОВ, Елена КОРОТКОВА, Андрей СТЕПАНОВ
ИТАР-ТАСС

30.1.1997 Жесткие требования Парламентской ассамблеи Совета Европы к России относительной выполнения ею обязательств по введению моратория на смертную казнь "являются надуманными", считает заместитель председателя Комитета Государственной Думы по международным делам Алексей Подберезкин /фракция КПРФ/.

"Нам пытаются навязать в международных делах явно завышенные стандарты", - сказал он сегодня корреспонденту ИТАР-ТАСС, комментируя принятую в среду на сессии ПАСЕ в Страсбурге антироссийскую резолюцию по вопросу о моратории на смертную казнь.

"По существу речь идет о нескольких десятках исполненных в России в 1996 году смертных приговорах, послуживших Совету Европы как раз поводом для давления на нашу страну", - отметил Подберезкин. Он напомнил, что в свое время Совет Европы согласился с позицией России, предполагающей определенный переходный период для стыковки национального законодательства с требованиями, выдвигаемыми СЕ.

"И сейчас, когда это уже осуществляется форсированными темпами, нашей стране выражено недоверие, которое нельзя расценить иначе, как давление на Россию", - подчеркнул парламентарий. По его мнению, "Совет Европы использовал формальный повод для оказания давления на российскую сторону, чтобы навязать России жесткую позицию в вопросе, который она пытается решить без всяких на то напоминаний". Подобная постановка вопроса, заявил А.Подберезкин, "напоминает ситуацию с диссидентами в 70-е годы, когда из-за эмиграции из СССР нескольких десятков правозащитников была сделана крупная международная проблема".
Иван Новиков

назад

Интерфакс, 31.1.1997, в пятницу А.Подберезкин заявил корреспонденту "Интерфакса", что, по его данным, в администрации президента РФ разрабатывается проект указа, предусматривающий слияние ФСБ и МВД.

По словам А.Подберезкина, необходимость слияния двух названных структур в проекте указа объясняется "политической нестабильностью в стране". Он считает, что этот документ преследует цель "достижения большей концентрации власти".
назад

Интерфакс, 31.1.1997, ЗАЯВЛЕНИЕ ЧЕРНОМЫРДИНА О ЖЕЛАНИИ РОССИИ СТАТЬ ПОЛНОПРАВНЫМ ЧЛЕНОМ СОВЕТА НАТО ЯВЛЯЕТСЯ "ДИПЛОМАТИЧЕСКОЙ ХИТРОСТЬЮ " - ДЕПУТАТ ГОСДУМЫ

Москва. 31 января. ИНТЕРФАКС - "Дипломатической хитростью" считает заместитель председателя комитета по международным делам Государственной Думы Алексей Подберезкин (фракция КПРФ) сделанное в пятницу в Давосе заявление премьера Виктора Черномырдина о том, что Россия хотела бы стать полноправным членом Совета НАТО.

В интервью "Интерфаксу" А.Подберезкйн отметил, что эта инициатива "в практическом плане имеет нулевой шанс".

"Это хорошая, сделанная по всем правилам дипломатии пропагандистская акция, которая имеет очень мало политического смысла", - подчеркнул А. Подберезкин. Она, по его мнению, предпринятат главой правительства "для того, чтобы нам отказали в приеме, тем самым сделав всем очевидными подлые замыслы НАТО о продвижении на Восток".

Аргументируя бесспорную для него отрицательную реакцию НАТО на высказанную В.Черномырдиным инициативу, А.Подберезкин отметил, что "европейские страны-члены НАТО не захотят брать на себя бремя ответственности за обеспечение безопасности в конфликтных регионах на территории бывшего Союза ССР".

Интерфакс

3.2.1997 Заместитель председателя комитета по международным делам Госдумы Алексей Подберёзкин (фракция КПРФ) одобрительно относится к позиции МИД РФ по отношению к событиям в Белграде.

"Мы правильно делаем, что дистанцируемся от конфликта в Югославии, считая его внутренним делом этой республики", - заявил А.Подберезкин в интервью "Интерфаксу" в понедельник. Вместе с тем он полагает, что Россия "могла бы активнее поддержать силы, ориентированные на Милошевича (президента Сербии - "ИФ".

По мнению А.Подберезкина, "самым лучшим в сложившейся ситуации стало бы выступление России в качестве посредника, потому что она является фактически единственным государством, которое может рассчитывать на благожелательное отношение обоих противоборствующих сил в Югославии". Если это не будет сделано, то, как полагает А.Подберезкин, "по югославскому сценарию в скором времени могут начать развиваться события не только в Болгарии, но и в Белоруссии и на Украине".
назад

Правда-5, No19, 11.2.1997, У ИСТОКОВ ДВУХПАРТИЙНОЙ СИСТЕМЫ

Недавно гостем теоретического клуба "Свободное слово", вот уже десять лет заседающего под председательством Валентина Толстых в Доме кино, был Алексей Подберезкин, которого некоторые считают главным идеологом Народно-патриотического союза России, а иные даже окрестили "Сусловым при Зюганове".

Надо сказать, что клуб "Свободное слово" - одна из немногих истинно плюралистических дискуссионных "площадок" России, где даже во времена свирепого либерального террора 1991-1992 годов собирались философы, политологи, экономисты, социологи различных направлений. Да и среди гостей клуба - вся палитра политических деятелей: от Горбачева до Бурбулиса, от Зиновьева до Буковского, от Говорухина до А.Н. Яковлева. Заседания обычно проходят остро, дискуссионно, однако, и очень доброжелательно. Во всяком случае, мне не приходилось слышать, чтобы философы и политологи, скажем, левых взглядов эмоционально ополчались бы на кого-либо из гостей клуба, известных своими правыми воззрениями. И наоборот.
Но встреча с Подберезкиным поразила настолько, что пришлось даже подать реплику о какой-то особой, необычной эмоциональной окраске дискуссии. Впервые я наблюдал, чтобы столь жестко критиковали гостя, иногда даже переходя "на личность", чего вообще не бывало никогда. Причем тон задавали именно левые ораторы. И что особенно примечательно, более всего неприятие Подберезкина проявилось со стороны политологов из Горбачев-фонда.

Конечно, нельзя исключить, что отчасти накал эмоций стал следствием, так сказать, цеховой ревности - ведь Подберезкин, как и многие члены клуба, ученый, и его теоретические разработки могли вызвать сугубо научный скепсис. Возможно, сказалось и то, что впервые за всю историю клуба гость, сославшись на неотложные дела, весьма непочтительно покинул заседание сразу после своего выступления, и дискуссия шла в его отсутствие. И все же чувствовалось, что подспудное раздражение против Подберезкина продиктовано какими-то более серьезными мотивами, в которых участники дискуссии, возможно, сами не отдают себе отчета. Ибо критика его концепций по существу - это одно, здесь все ясно. А раздражение - это совсем другое, по жизни каждый человек знает, что далеко не всегда может четко определить источник собственной раздражительности. Чтобы разобраться в этом странном феномене, возникшем на заседании клуба "Свободное слово", необходимо подробнее проанализировать суть выступления Подберезкина и его подходы к российской политической ситуации.
В общем, как принято говорить, надо понять менталитет этого политика - во всяком случае, те его особенности, которые проявились на заседании клуба.
Во-первых, сразу стало очевидно, что теоретик Подберезкин на деле является сугубым прагматиком, а его политические концепции во многом носят популистский характер, что само по себе отнюдь не является чем-то предосудительным, а наоборот, делает их привлекательными для электората. Я бы сказал так: если бы избиратели имели гипотетическую возможность выслушать Подберезкина и его клубных оппонентов, то вне зависимости от того, кто более прав "по науке", по существу они пошли бы за Подберезкиным. Потому что его доводы по форме и стилю изложения проще, яснее, убедительнее для так называемого простого, неискушенного человека. Далее Подберезкин твердо придерживается принципа о том, что "все течет, все изменяется". Меняется власть, меняется оппозиция, меняются их взаимоотношения, ничего застывшего в "политической природе" не существует. Из этого недвусмысленно вытекает возможность подвижки оппозиционных взглядов от социалистических идей к социал-демократическим и далее к центру.

Был бы политический результат!

Ну, конечно, для ученых мужей, свято оберегающих чистоту научных воззрений, такая гибкость подходов со стороны собрата-теоретика выглядит шокирующей. Политик-практик Зюганов вправе маневрировать по мировоззренческой шкале. Но теоретик Подберезкин?..

И, наконец, весьма существенное третье замечание. Подберезкин несколько раз с таким пиететом назвал Смоленского, главу банка "Столичный", Александром Павловичем, что позднее, уже в отсутствие Алексея Ивановича, сразу у двух членов клуба одновременно вырвалась весьма примечательная оговорка: они назвали Подберезкина "Подберезовским".

Думаю, сказанного не так уж мало, чтобы уяснить, почему левые политологи и экономисты эмоционально ополчились на левого политика Подберезкина. Однако все же недостаточно, чтобы понять: почему явную неприязнь к нему проявили именно представители Горбачев-фонда? Между тем этот частный, но весьма любопытный вопрос заслуживает особого внимания. Отвечая на него, к вышеперечисленному можно добавить, во-первых, политическую гуттаперчивость Подберезкина и его умение маневрировать, обходя идейные рифы.
А во-вторых. Тут я хочу поделиться одним чисто писательским наблюдением, вынесенным из встреч со многими крупными политиками. Этим незаурядным людям свойственно, задним числом оценивая других политиков, акцентировать внимание именно на тех негативных чертах своих коллег, которыми они грешат сами. Разумеется, это происходит невольно, неосознанно, и сей феномен относится к сфере психологии, вернее, психоанализа, а потому корить кого бы то ни было за такую "странность" нужды нет. Однако сталкиваться с такими параллелями мне приходилось неоднократно: критикуя своих коллег, особенно предшественников, иные политики, не ведая того, весьма точно характеризуют самих себя, как бы переносят на других собственные слабости - и политические, и человеческие.
Кстати, этот феномен "переноса" давно признан психологами.

В этой-то связи и привлекло особое внимание то обстоятельство, что Подберезкин много говорил о бессистемности периода перестройки, о том, что Горбачев подменил выработку конкретных целей и задач перестройки бессодержательными расплывчатыми лозунгами типа "ускорение" и "гласность". Но парадокс в том, что сам Подберезкин в своем выступлении продемонстрировал именно такие же подходы. Никакой идейной четкости, все расплывчато, нет абсолютных истин, нет точек, сплошные многоточия. Об оппозиции речь шла в альянсе с другими политическими силами. А на прямой вопрос о том, что Прдберезкин понимает под победой оппозиции в таком альянсе, ученый-теоретик ответил истинно в горбачевском духе; чтобы стало лучше... Кому лучше? Что лучше? Что значит - лучше?

Да, это был типичный горбачевский идейный плюрализм, и становилось все яснее: в Подберезкине необычайно много, так сказать, классического горбачевизма, который в современных условиях, на мой взгляд, отнюдь не является непременно негативным политическим качеством. Наоборот, именно сегодня, когда постепенно начинает успокаиваться идеологическая буря, поднятая перестройкой, идейный плюрализм Подберезкина становится одним из важных рычагов реальной политики.

Мне кажется, на том заседании теоретического клуба "Свободное слово" произошло то, что называется "своя своих познаша". Политологи из Горбачев-фонда, пристально и давно изучающие Подберёзкина, интуитивно уловили в нем как бы родственную Горбачеву душу. Увидели за ним некие политические силы, которые, на словах продолжая осуждать Горбачева, на деле сейчас хотят двинуться именно горбачевским путем. И в новые времена их, возможно, ждет удача. Фонд, полностью отстраненный от участия в реальной политике, вынужден заниматься в основном теоретическими разработками. А Подберезкин готовится весьма активно применить на практике действенный сегодня инструментарий горбачевизма. Может быть, из этой коллизии и проистекает подспудное раздражение, невольное эмоциональное неприятие "нового Суслова"?

Но если отвлечься от эмоций, то следует признать, что неосознанное или намеренное возрождение Подберезкиным методологии горбачевизма может привести к очень любопытным сдвигам на политической карте России. Ведь на данном этапе речь, по сути дела, идет о компромиссе оппозиции и власти на основе государственного патриотизма, который быстро превращается в преобладающую тенденцию общественной мысли. Даже завзятые либералы готовы вот-вот перевоплотиться в государственников, а Шахраю и Никонову пора стряхивать пыль с "консервативного манифеста" двухлетней давности, который оказался преждевременным и был заброшен авторами за ненадобностью, поскольку карьерные соображения повлекли их в ином направлении. Что же до народно-патриотических сил, то для них государственный патриотизм служит материковым фундаментом. И судя по выступлению Подберезкина, они готовы потесниться на этом материке, освободив какое-то место для обновленной "партии власти", чтобы вместе с ней "делать лучше". А процесс обновления можно в конце концов свести всего лишь к отставке Чубайса. Конечно, для левых и правых радикалов такая позиция неприемлема. Да что там радикалы! - даже умеренные социал-демократы чешут в затылке. Но, во-первых, пора учитывать очень серьезные сдвиги, происходящие в умонастроениях людей. Например, даже такой "крутой" либерал, как экономист Пияшева, которая в свое время ратовала за абсолютную рыночную свободу, теперь вдруг проявила по телевидению трогательную заботу о... рабочем классе.
А во-вторых, нельзя не считаться с новыми реалиями нашей политической жизни:
то, что говорил в тот вечер Подберезкин, неоспоримо подтверждает объективный и уже многими подмеченный факт - непримиримая парламентская оппозиция постепенно интегрируется во власть.

По существу речь уже идет о выработке общенационального двухпартийного консенсуса на базе государственного патриотизма - такого же, какой сложился в США между демократической и республиканской партиями. Не случайно теоретик Подберезкин отстаивает свое право ученого разрабатывать программы для любой власти - ведь он не только стал идеологом народно-патриотических сил, но и принял участие в создании платформы для НДР ("Наш дом - Россия"). Разумеется, очень трудно представить себе, скажем, Сатарова, который в свободное от основных занятий время трудится над идеологической платформой "Трудовой России", или Бурбулиса, который вне рамок фонда "Стратегия" помогает идейному становлению Либерально-демократической партии Жириновского. Однако ученый Подберезкин очень четко абстрагируется от политика Подберезкина и не видит ничего предосудительного в своем теоретическом раздвоении.

Вполне понятно, что по этому поводу очень легко иронизировать. И гораздо труднее понять, что Подберезкин по существу глубоко прав. Прав не в принципе, не вообще, не в том смысле, что и Сатарову не грех подсобить "Трудовой России", и Бурбулису надо бы помочь ЛДПР, а прав в данном, совершенно конкретном случае. Ведь что получается? А то, что главный идеолог оппозиции работал над программой движения, отождествляемого с "партией власти". Я абсолютно уверен, что, скажем, для "Трудовой России" теоретик Подберезкин ничего путного предложить бы не смог.

И как бы Алексей Иванович ни отделял свою научную ипостась от политической, сам факт его участия в теоретических разработках НДР яснее ясного говорит о следующем: в своей глубинной, неизреченной и неписаной первооснове, программные установки оппозиции и "партии власти" таковы, что при определенных условиях эти главные политические силы по решающим вопросам могут достигать консенсуса, что, кстати, и произошло при голосовании по бюджету-97.
Особая позиция "Яблока" лишь подтвердила, что Явлинский все более остается в стороне от стремнины российского политического потока, где на основе государственного патриотизма начинает зарождаться двухпартийная, а вернее было бы сказать, двублоковая система, способная успешно функционировать по принципу общенационального консенсуса по главным, судьбоносным для России проблемам.

По меньшей мере уже две такие консенсусные проблемы проявились очень отчетливо: это, повторяю, бюджет-97 и еще - неприятие расширения НАТО на Восток. Но число таких проблем будет возрастать.

Да, если внимательней приглядеться к происходящему, если отстраниться от сиюминутных борений, связанных с болезнью президента, который из-за нездоровья, похоже, чрезмерно страшится любых перемен, то можно различить истоки двублоковой политической системы, похожей на ту, какую слишком рано пытался внедрить Горбачев. Этот процесс не снимает остроту политической борьбы, однако устраняет ее разрушительную опасность для государства. Он не сглаживает противоречий, бушующих вокруг экономического курса правительства, но уже и не сводит их к новой смене общественного строя. Именно поэтому все политические силы будут постепенно перестраиваться для игры по принципу "сдвоенного центра" - правого и левого. А кто предпочтет оставаться на краях или играть роль "блуждающего центра", как Явлинский, тот потеряет влияние.

Этот фактор придется учитывать и потенциальным кандидатам на следующих президентских выборах. Пока ставка делается исключительно на личностный фактор - соперничают громкие имена, за которыми стоит прежде всего имидж. Но ситуация на удивление быстро может перемениться - вспомните, сколь малоизвестен был политик-саксофонист Билл Клинтон четыре года назад, когда баллотировался против Буша. Нам, конечно, пока не грозит быстрое выдвижение к вершинам популярности какого-то совершенно нового политика. Однако те кандидаты в президенты, которые игнорируют блоковую поддержку, ставя исключительно на свой имидж и влияние, могут оказаться в сложном, двойственном положении. Как, заметим, Лужков, который активно и успешно нарабатывал авторитет в российских регионах, но из-за своей яростной и вынужденной борьбы за дорожный налог для москвичей разом лишился симпатий множества далеких от Москвы полунищих россиян, наивно полагающих, будто столица и без того купается в роскоши. Этот свежий пример показывает, сколь зыбким может оказаться личный авторитет, если он не подкреплен партийной или блоковой силой. Что же до Алексея Подберезкина, гибкого, прагматичного и "раздвоенного" теоретика левой оппозиции, то он не случайно привлекает повышенное внимание. По-своему это новая и очень интересная фигура современного политического процесса, как бы синтезирующая православную веру и общественную науку, перекидывающая мосты между оппозицией и "партией власти". Но предугадать его дальнейшую эволюцию сегодня невозможно, как и неясно, есть ли у него перспективы.
Анатолий Салуцкий

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован