Эксклюзив
27 мая 2020
168

Современная военно-политическая обстановка: структура и особенности современной ВПО

Реферат по курсу «Государство и военная безопасность»

Тема: «Современная военно-политическая обстановка: структура и особенности современной ВПО»

 

Студентки академической группы №3 2 курса

Факультета Международных отношений

Корбовской Марии Дмитриевны

Кафедра всемирной и отечественной истории

Научный руководитель: доктор исторических наук, 
директор центра военно-политических исследований 

Подберезкин А.И.

 

 

 

Москва

2020 

 

 

 

 

 

 

Оглавление

 

 

 

Введение​3

Глава I. Война и политика в XXI веке: общие вопросы теории анализа и прогноза развития ВПО​5

Глава II. Состояние и развитие современной международной обстановки (Прикладной анализ современной МО)​8

Глава III. Развитие наиболее вероятного сценария военно-политической обстановки (ВПО) в мире: характерные черты и особенности​11

Заключение​14

Библиография​15

Приложение​16

Введение

Одной из важнейших сегодняшних задач является изучение феномена военно-политической обстановки (ВПО), её особенностей, структуры и наиболее характерных черт.  

Споры относительно всех этих вопросов, включая собственно определение ВПО, стали предметом самых острых дискуссий в последние годы, что связано прежде всего с радикальными изменениями в международной обстановке, которая в основном и предопределяет состояние ВПО, а также с эскалацией в развитии наиболее опасного сценария ВПО в самых разных, в том числе радикальных, вариантах. 

Проблема заключается также в том, чтобы по возможности максимально точно определить состояние МО и наиболее вероятный сценарий её развития, который лежит в основе формирования существующего сценария ВПО, что создаёт объективные трудности — международно-политические проблемы традиционно лежат в плоскости внешней политики, а не военной сферы. При этом чёткой границы между политико-дипломатическими и военными аспектами обеспечения безопасности и обороны, а особенно взаимосвязи с социально-экономическим развитием добиться не всегда удаётся. 

В учебном пособии Подберезкина А.И. «Современная военно-политическая обстановка: учебное пособие по курсу “Государство и военная безопасность”» (Том I.  Часть I: Структура и особенности современной ВПО), посвященном анализу и прогнозу развития некоторых аспектов военной безопасности основных субъектов современной международной и военно-политической обстановки (МО и ВПО) государств, ЛЧЦ и коалиций, обеспечению военной безопасности России, приводится объёмный и принципиально новый материал по современной военно-политической и внешнеполитической проблематике.

Главные трудности на сегодняшний день связаны с осмыслением глобальных изменений, происходящих в человеческой цивилизации, и, как следствие, в международной и военно-политической обстановке (МО и ВПО).

Автор последовательно развивает мысль о том, чтоМО и ВПО детерминируют появление и развитие СО и отдельных ее видов, и в самом общем виде военно-политический анализ МО-ВПО включает в себя информацию и знания, как минимум, о нескольких десятках областей человеческой деятельности и наук, которые, переплетаясь, могут дать только самое общее представление о всей сверхсложной системе, представляющей собой состояние МО и её органической и основной части – военно-политической обстановки (ВПО), под которой в данной работе подразумевается состояние военно-политических отношений субъектов политики и их военных организаций, конкретная расстановка военно-политических сил, характер их действий и взаимосвязи между ними в реальном масштабе времени. Самые разные факторы и тенденции очень по-разному влияют на ВПО и друг на друга. Так, если отношения различных субъектов МО-ВПО могут быть нейтральными или даже благожелательными, но общие тенденции развития МО – негативно влиять на эти отношения. Еще хуже могут быть отношения отдельных акторов с этими субъектами – от неблагожелательных до открыто враждебных. Подобная сложность объекта исследования (МО и ВПО) требует комплексного изучения и системного подхода отдельных институтов и органов государства. 

В схематичном виде авторская концепция (гипотеза) анализа развития структуры МО и ВПО в работе представлена в Приложении 1.

Основные направления анализа ВПО и структура знаний в современной военно-политической проблематике приводятся в Приложении 2. Каждый из «блоков» информации и знаний предполагает не только собственное и часто самостоятельное исследование, но и исследование его взаимосвязей с другими «блоками» и отдельными проблемами, влияющими на формирование МО-ВПО-СО. Важно подчеркнуть, что как МО, так и ВПО характеризуется определенным состоянием систем, которые развиваются, взаимодействуют (иногда противоречат друг другу), противоборствуют. Причём в самом современном состоянии уже заложена их история, традиции, инерция и последствии. И в нём же существуют условия для прогноза будущего состояния, обязательные для стратегического планирования внешней и военной политики. Схематично авторский подход к анализу и развитию МО-ВПО-СО, а также модель политического процесса субъекта актора) МО-ВПО изложены в Приложении 3.

Согласно Подберезкину А.И., на МО-ВПО влияет несколько групп факторов: группа факторов «А», – требующая прежде всего анализа (и прогноза) состояния и развития представлений правящей элиты о системе ценностей и интересах. Это – базовая исходная точка любого политического анализа, условия также могут быть динамично изменены, а тем более динамичны представления правящей элиты и даже некоторые виды ресурсов. Группа факторов «Б», – концентрируется собственно анализ и прогноз развития состояния МО и ВПО и его отдельных групп факторов (например, политики ЛЧЦ). Трудность анализа этой группы факторов заключается в том, что их численность может составлять десятки тысяч показателей и еще больше взаимодействий. Группа факторов «В», – представляющая собой собственно анализ и прогноз развития политики и стратегии России. Можно сказать, что это наиболее традиционная и известная группа факторов, анализом которой занимаются МИД, разведки, учёные и пр. институты государства и общества. Группа факторов «Г» – анализ существующих и прогноз развития ресурсов и иных возможностей субъекта политики. Она также достаточно традиционна и сводится к классическому изучению военных и государственных возможностей – экономических, военных и пр. –, которые относят к военному потенциалу государств. Группа факторов «Д», которая отражает информационные, идеологические и когнитивные возможности правящей элиты и её институтов, в конечном счёте способность оперативного принятия и реализации собственных решений, способности сопротивляться внешнему влиянию и давлению, что означает в конечном счёте эффективность государственного и общественного управления, но, во-первых, эти представления могут быть крайне субъективны и, во-вторых, подвергаться сильнейшему внешнему и внутреннему влиянию, т.е. данная группа факторов – наиболее уязвимое звено в системе принятия политических решений и, соответственно, – наиболее приоритетная цель для внешнего воздействия. Таким образом задача разработки эффективной Стратегии национальной безопасности и Военной доктрины России распадается изначально на несколько самостоятельных задач, в центре которых находится анализ 5 групп важнейших факторов, о которых коротко было сказано выше. Избежать субъективности и неточности невозможно, но снизить влияние субъективных оценок – вполне реальная задача, тем более, что решение предстоит принимать в любых условиях. 

Динамика изменений большинства факторов и тенденций, формирующих МО и ВПО, такова, что можно говорить о взрывообразном росте численности таких факторов и тенденций, их показателей и критериев, которые прежде не только не учитывались, но даже и вообще не принимались во внимание. Так, если в XIX и XX веках анализ МО и ВПО ограничивался по сути только анализом военных потенциалов несколько ведущих государств (демографии, экономики, армии, артиллерии флотов и пр. критериев мощи основных европейских держав и США), то в XXI веке этого стало уже явно недостаточно. Появилась острая потребность и реальная возможность учитывать гораздо больше число факторов, – участвующих в формировании не только ВПО, но и СО, и прежде всего это факторы МО. Среди таких факторов, выделяемых Подберезкиным А.И., основные схематично представлены в Приложении 4. Как видно из предлагаемой структуры МО, представляющей основные группы факторов и тенденций, их взаимодействие и взаимовлияние (порой противоречивое) формирует в основном не только современное состояние МО, но и закладывает самые общие основы для формирования ВПО, самых различных сценариев и конкретных вариантов его развития. Направления, по которым может развиваться МО, графически представлены в Приложении 5.

Таким образом, ВПО закономерно вытекает из характера МО в качестве результата развития военно-политических отношений. Она в дальнейшем конкретизируется в СО, а та – в конкретном типе вооруженного или международного военного конфликта.

Глава I. Война и политика в XXI веке: общие вопросы теории анализа и прогноза развития ВПО

Старый спор о соотношении политики и войны, начатый еще К. Клаузевицем и обострившийся в конце XX века, похоже, не окончен и сегодня. Более того, по мере развития новых  образцов вооружений и военной техники ВВСТ и способов их применения, особенно стратегических наступательных вооружений (СНВ), высокоточного оружия (ВТО)67 и создания эффективных систем противоракетной обороны (ПРО), которые превращают эти достижения в политические возможности, этот спор ещё более обострился68. Прежде всего, по вопросам сохранения/разрушения стратегической стабильности (точнее – нестабильности), а также из-за возросшего риска войны и непредсказуемости поведения субъектов МО. 

 Изначально принципиально важно определить место ВПО (как состояния многочисленных факторов и отношений между ними) относительно других состояний субъектов, факторов и отношений меду ними: МО и СО в мире, регионах и на отдельных ТВД, а также войн и военных конфликтов. Авторское видение данного аспекта представлено на схеме в Приложении 6. Есть все основания считать, что в XXI веке произошло некоторое изменение в существующем алгоритме использования военной силы, которая постепенно превратилась в своего рода гарант применения силовых, но не военных инструментов политики – экономических, финансовых, информационных, гуманитарных и прочих.

Причём, как оказывается, в этом классическом споре остаётся множество нерешенных вопросов, например, насколько политические цели войны предопределяются объективными военными, экономическими и иными интересами, а не субъективными и воображаемыми соображениями, или насколько собственно военное искусство, прежде всего, военная стратегия, может влиять на политику. Или, как писал Б.М. Шапошников, насколько военная стратегия «может видоизменять политические цели». В настоящее врем широкое распространение получила «навязываемая насилием (политическая) воля», которое К. Клаузевиц связывает с широкимиспользованием силовых, но не военных средств принуждения; ограниченным использованием национальных ресурсов; промежуточными целями войны; главным объектом – правящей элитой.

В Военной доктрине Российской Федерации все формы вооруженного противоборства – военный конфликт, вооруженный конфликт, локальная война, региональная война, крупномасштабная война – предполагают  использование именно военной силы, а не формулу К. Клаузевица «расширенное противоборство» и не фактически используемые сегодня не военные силовые средства противоборства. К сожалению, в области развития теории международных отношений (ТМО) и военной теории в России наблюдается существенное отставание, вызванное двумя основными причинами – ориентацией на разработки западных политологов и военных теоретиков, с одной стороны, и запущенностью таких исследований в СССР и России в последние десятилетия.

Формирование ВПО зависит от многих факторов, но принципиально важно отметить, что далеко не все из них являются собственно военными, а тем более только военными факторами формирования ВПО. Выделение не военных факторов силового противоборства из всего спектра силовых инструментов политики имеет очень важное значение для формирование эффективной стратегии, основанной на силе (но не только военной). Во-первых, в новой МО и ВПО война может и не быть вооружённым конфликтом в классическом понимании (например, в качестве стороны военного конфликта могу участвовать не известные акторы или силы), а, во-вторых, не всегда современная война происходит в форме вооружённого противоборства: существует немало силовых и очень опасных сил и средств поражения противника, которые не относятся к средствам вооруженной борьбы.   Выделяются силовое противоборство – частный случай войны, вооружённое противоборство – частный случай силового противоборства и управление (государственное и военное) – политика, использующая как силовые, так и не силовые средства и методы, основанные на огромных и быстро увеличивающихся информационных ресурсах.

Согласно Подберезкину А.И. война и военное противоборство –  это не всегда и совсем необязательно вооруженная борьба, а сама вооруженная борьба – не единственный, а всего лишь один из видов силового противоборства.

В стратегии противоборства субъектов ВПО в последние десятилетия произошли радикальные изменения, вызванные не только быстрым расширением всего спектра средств силового давления, но и изобретением многочисленных новых способов их применения. Поэтому в ХХI веке государства всё чаще выбирают не прямое («механистическое», вооруженное) силовое противоборство, а политическое влияние, которое превращается в управление противником, когда рассматривается очень широкий набор силовых средств и мер, среди которых тщательно отбираются наименее затратные и рискованные, а также наиболее эффективные. В этом случае побеждает уже не грубая сила, а знания, опыт и технологии – политические и военные – противоборства, в форме эффективного управления противником. При этом, автор говорит о предпочтительности экономических средств «силового противоборства» как наиболее эффективных и уже взятых на вооружение отдельными государствами (например, США).

Формирование ВПО требует изначально анализ и стратегический прогноз не только политики западной военно-политической коалиции, но и анализа других факторов и тенденций, прежде всего, реальной политики ведущих государств, коалиций и ЛЧЦ. Общая логика построения анализа развития военно-политической обстановки в мире строится поэтапно на трех уровнях: во-первых, анализ и прогноз развития международной обстановки (МО), которая является следствием взаимодействия всех факторов и тенденций, формирующих МО-ВПО; во-вторых, следствием такого анализа МО является результат, общее представление о  развитии военно-политической обстановки (ВПО); в-третьих, уточнение и конкретизация деталей развития ВПО происходит в процессе анализа  стратегической обстановки (СО). Важно также подчеркнуть, что все анализы этапов происходят на конкретных примерах, когда из всего перечня возможных сценариев МО-ВПО-СО в мире и регионах отбираются наиболее вероятные, а среди таких сценариев – наиболее вероятные варианты. Автор выделяет два типа взаимосвязи МО-ВПО с безопасностью государства (см. Приложение 7), в самом общем виде МО и ВПО являются системными субъектами, по сути – широкой группой внешних факторов (политических, экономических, военных, гуманитарных и пр.), формирующих внешние условия существования и развития государства.

Основными субъектами формирования ВПО являются государства (суверенными), но важнейшие акторы – акторы международных отношений (три типа международных акторов: национальный (суверенные государства), транснациональный (региональные международные организации: например, НАТО) и универсальный (всемирные организации: например, ООН)), негосударственные акторы международных отношений. (межправительственные организации (МПО), неправительственные организации (НПО), транснациональные корпорации (ТНК) и другие общественные силы и движения, действующие на мировой арене), подробнее см. Приложение 4. 

Также необходимо отметить, что в условиях формирования новой МО и ВПО в современном мире защита национальной идентичности, защита системы национальных ценностей, национальных интересов и суверенитета становится главной целью субъектов МО-ВПО. 

Глава II. Состояние и развитие современной международной обстановки (Прикладной анализ современной МО)

ВПО, как уже говорилось выше, – важнейшая часть международной обстановки (МО), следствие её развития и развития основных субъектов, среди которых исключительно важную роль играют локальные человеческие цивилизации (ЛЧЦ) и страны-лидеры, формирующие ЛЧЦ и центры силы, т.е. ВПО – это производная от специфических отношений между всеми субъектами, факторами и компонентами, формирующими  МО, но, прежде всего, отношениями между её важнейшими субъектами: локальными цивилизациями, государствами и коалициями.

Человеческая история и международные отношения (в том числе военно-политические отношения) были прежде всего производными от развития тех или иных ЛЧЦ, которые находились под доминированием государства-лидера, отношений между ними и отношений их коалиций. И сегодня ЛЧЦ (и их страны-лидеры) формируют в основном миропорядок и нормы поведения не только внутри собственных государств, но и в коалициях. Более того, они претендуют на то, чтобы их национальные нормы и нормы ЛЧЦ стали универсальными (подобная задача откровенно сформулирована в официальных документах США и НАТО).

Итак, для понимания принципиальной модели развития того или иного сценария МО в работе исходят из признания приоритетов развития ЛЧЦ и отношений между ними. Это – важное признание потому, что в последние годы появились и иные политические и научные концепции, пытающиеся объяснить основные тенденции в развитии человечества и, как частный случай, обосновать закономерности в развитии МО и ВПО в мире. Цивилизационный подход, надо признать, далеко не всегда находит поддержку, более того, чаще всего вообще игнорируется, особенно в российской политике, которая иногда признаёт только некий «Запад», под которым, как правило, понимаются страны-члены НАТО, но который не включает других реальных военно-политических союзников США. Наглядно иерархичность в ЛЧЦ представлена в Приложении 8.

Роль ЛЧЦ и их коалиций до сих пор остаётся (как уже говорилось выше) не бесспорной в оценке большинства политиков и исследователей. По самым разным, в том числе политическим и иным причинам, не имеющим отношения к реальному и практическому анализу. Между тем, игнорируя эту роль, мы можем остаться в стороне от точных ответов на вопросы об основных закономерностях в развитии современных МО и ВПО. И, наоборот, адекватное понимание роли ЛЧЦ даёт неоспоримые преимущества.

В частности, идея Д.Трампа «America First» отнюдь не означает простого лидерства США (которое в чистом виде в нашем веке уже невозможно). Эта идея может быть реализована только при условии использования США всех ресурсов формируемой ими коалиции, т. е. цивилизационных ресурсов, где страны, которые традиционно не относящиеся к западной культуре (КСА или Япония), играют подчиненно-второстепенную роль «партнера». Эту роль США, как и роль ЛЧЦ в целом, в конце ХХ века попытался сформулировать С. Хантингтон в одной фразе, обозначив сразу три последствия развития отношений между подконтрольной США ЛЧЦ для будущей МО в мире: исчезающее превосходство Запада (которое, правда, он, «Запад», пытается сохранить силой); распределение «остатков мощи» по региональному признаку между несколькими основными цивилизациями; вычленяются «стержневые государства», вокруг которых формируются ЛЧЦ.

Предлагается следующая логическая последовательность анализа будущих сценариев развития МО, основанная прежде всего на роли ЛЧЦ в формировании МО в мире: 1-й этап – общая (глобальная) оценка состояния и перспектив развития всей человеческой цивилизации. 2-й этап – изучаются изменения в соотношении сил в мире, прежде всего, между ЛЧЦ, центрами силы и их коалициями, которые формируют МО и ВПО. 3-й этап – изменения в политике, средствах и способах субъектов и основных акторов ВПО: прежде всего ЛЧЦ, их военно-политических коалиций, основных («стержневых») государств. 4-й этап – заключительный этап, на котором с учётом выводов и сделанных определений (или без оных), происходит выбор ответных мер, действий и стратегий со нашей страны, включая и учёт в том числе и будущего развития МО и ВПО. 

Внутри этих основных этапов есть свои, частные и бодее конкретные периоды, требующие рассмотрения (графически представлены в Приложении 9). Итак, формирование ВПО в решающей степени определяется отношениями между ЛЧЦ и состоянием МО, т. е. несколькими группами факторов и тенденций, оказывающих друг на друга разное по силе и направленности влияние, а также формирование военно-политической обстановки (ВПО) в основном предопределяется в текущим состоянием и особенностями развития МО, а также конкретными особенностями развития стратегической обстановки (СО), войн и конфликтов, а не искусственно придуманными факторами. Вдобавок, важно помнить, что развитие всей МО происходит хотя и хаотично – под влиянием разнонаправленных групп факторов, – но всегда по одному из наиболее вероятных сценариев, состоящих из нескольких, достаточно ограниченных (возможностями и намерениями) конкретных вариантов.

Согласно Подберезкину А.И., концепция многополярности, ставшая предметом бурного обсуждения политологов в последние два десятилетия, не заслуживает такого внимания. Она в самом общем виде сводится к попыткам объяснения потери абсолютной власти США и их контроля в мире, что, на взгляд автора, не требуется. В настоящий момент противоборство во всё большей степени переходит от противоборства государств-субъектов ВПО к противоборству наций и ЛЧЦ. Это хорошо видно на примере торговли оружием и военной техникой, где за последние 5 лет произошли серьёзные изменения в пользу западной ЛЧЦ.

Очень важно определить степень значения и влияния той или иной ЛЧЦ на МО в мире не только с точки зрения значения влияния той или иной конкретной цивилизации в развитии человечества, но и с точки зрения воздействия ЛЧЦ на формирование конкретного сценария развития МО и ВПО (схематично это представлено в Приложении 10). При этом, степень влияния разных ЛЧЦ и их коалиций – очень разная: если западная ЛЧЦ демонстрирует постоянное усиление своего влияния в мире, что очень хорошо видно на примере поведения этой коалиции в конфликтах в Югославии, Афганистане, Ираке, Ливии, Сирии, на Украине, наконец, в отношении антироссийский санкций, то влияние российской ЛЧЦ постепенно ослабевает, а китайской ЛЧЦ, напротив, усиливается.

Среди многочисленных факторов и тенденций, влияющих на формирование МО и ВПО, особое значение стали играть те, которые формируют «виртуальную реальность», субъективное представление об объективных реалиях. Существует немало оценок и мгновений – от политологов до военных деятелей – о том, что именно эта группа факторов стала решающей при формировании современной ВПО (см. Приложение 11).

Сценарий развития ВПО будет во многом предопределен сценарием развития МО до середины XXI века, который, в свою очередь, будет во многом зависеть от отношений между ЛЧЦ и их коалициями. ЛЧЦ следует рассматривать как объективную основу для коалиций, союзов и блоков в ХХI веке. Для нашей страны в среднесрочной перспективе выделяются три сценария развития МО и ВПО, приведенные Подберезкиным А.И.(см. Приложение 12). Новая МО и ВПО диктуют необходимость создания новой политической и военной политики стратегического сдерживания России, которая минимизировала бы затраты национальных ресурсов на военную оборону на необходимом для безопасности уровне, но максимально использовала бы силовые невоенные средства и методы. Но принципиально важно отметить, что уже сейчас и в будущем наиболее эффективными силовыми (и военными) средствами в мире станет потенциал человека и институты его развития, что говорит о первостепенности принятия усилий в развитии этого направления, учитывая стратегическую задачу Запада по разрушению системы международных институтов и правовых норм. Помимо этого, перед Россией стоит необходимость создания новой военной организации, способной противостоять западной военно-политической коалиции, ключевым элементом которой является НАТО. 

Глава III. Развитие наиболее вероятного сценария военно-политической обстановки (ВПО) в мире: характерные черты и особенности

Реализация того или иного сценария и конкретного варианта ВПО в мире во многом предопределена развитием объективных процессов в международной обстановке (МО), частью и следствием которого они являются. Сценарии МО формируются под влиянием многих факторов и тенденций, среди которых выделяются по своему значению отношения между важнейшими субъектами – ЛЧЦ и их военно-политическими коалициями. Таким образом формирование конкретного варианта того или иного сценария развития ВПО проходит несколько основных этапов: этап развития отношений между ЛЧЦ, центрами силы и коалициями по тому или иному общему сценарию, в результате чего формируются те или иные МО и их части – ВПО и СО;  из очередного этапа противоборства ЛЧЦ и коалиций логически следует этап развития одного из вероятных сценариев МО;  на каждом из таких этапов развития сценария МО происходит достаточно естественное формирование  того или иного сценария ВПО как части сценария МО; как правило, на очередном этапе развития того или иного сценария ВПО происходила смена варианта этого сценария, а затем развитие того или иного нового конкретного варианта этого сценария ВПО. В любом случае в целях прикладного политического исследования необходимо определиться с основным (базовым) сценарием развития ВПО и его конкретным вариантом, их основными особенностями и характерными чертами. Это позволит развивать анализ такого сценария и его конкретных вариантов, а также делать стратегический прогноз развития конкретного сценария ВПО и его варианта, что, собственно говоря, и является нашей главной задачей, т.е. целью является вычленение в конечном счёте конкретного сценария развития ВПО и его варианта на данный период времени, учитывая комплекс факторов влияния МО и СО.

ЛЧЦ предопределяют основной сценарий развития МО, основной сценарий развития МО составляет базу для основного сценария развития ВПО, а конкретный вариант основного сценария развития ВПО во многом предопределяется таким образом основными сценариями развития МО и ВПО. Вдобавок, этот конкретный вариант сценария ВПО находится в свою очередь под сильным влиянием самых разных конкретных вариантов развития стратегической обстановки (СО), войн и конфликтов, существующих в конкретный период времени и на конкретной территории. Но не стоит упускать из вида наличие субъективных факторов, поэтому сценарии, но в ещё большей степени – их варианты – как правило, делятся на две группы – «возможные», которых может быть достаточно много, и «вероятные» или даже «наиболее вероятные», которых не бывает больше 1–2 вариантов в силу фактически развивающейся ситуации, а в рамках в рамках наиболее вероятного сценария развития ВПО можно выделить, например, следующие возможные варианты: вариант «пессимистический», означающий, что эскалация этого сценария ВПО в среднесрочной и даже ближнесрочной перспективе может привести к глобальной войне между ЛЧЦ и их коалициями; вариант «оптимистический», предполагающий, что эскалация напряженности в отношении той или иной страны может остановиться в силу разных причин – от внешнеполитических до внутриполитических; вариант «реалистический», наиболее вероятный, предполагающий, что эскалация будет продолжаться, но так и не перейдёт в вооруженную стадию. Пример сценария представлен в Приложении 13 (Сценарий №3). При этом стоит оговориться, что независимо от того, какой конкретно вариант «Сценария № 3» будет доминировать, необходимо анализировать и прогнозировать развитие стратегической обстановки (СО), войн и конфликтов, которые происходят или могут происходить в будущем в том или ином регионе. Вероятное развитие отношений между ЛЧЦ зависит от двух фундаментальных обстоятельств: во-первых, скорости изменения в соотношении сил между ЛЧЦ и центрами силы, а во-вторых, политики лидеров ЛЧЦ и центров силы, в данном случае, – США, КНР, Индии, Ирана, Саудовской Аравии, Германии, Индонезии, России и нескольких других стран. 

Политика ЛЧЦ, центра силы и их влияние на формирование МО в мире во многом предопределяется политикой отдельных субъектов МО – государств. Значение фактора одного субъекта МО для формирования МО в ХХI в. представлено в Приложении 14.

Ухудшение ВПО в мире в силу враждебности между ЛЧЦ неизбежно ведет к разработке новых средств и способов такой борьбы. В Приложении 15 схематично представлено сравнение моделей развития конфликтов до ХХ в. и в ХХI в. Из рисунка видно, что в новой модели резко усиливается роль СО, которая только с появлением ядерного оружия стала относительно самостоятельной, влияющей на политику. Нарастание вероятности военно-силового конфликта западной ЛЧЦ с другими ЛЧЦ неизбежно ставит вопрос о вероятности ядерного конфликта потому, что все основные ЛЧЦ обладают собственным ядерным оружием, а этот потенциал к 2030 году в КНР, Индии, возможно, Пакистане и других странах, станет достаточным для уничтожения любого из оппонентов. В этой связи критически важным становится военно-технические возможности того или иного государства максимально эффективно нейтрализовать стратегическое нападение при помощи ядерного или ВТО. Стратегическая стабильность является важнейшей стратегической целью в области военной безопасности Российской Федерации. Для её достижения необходимо обеспечить стратегическое сдерживание любого потенциального противника, в том числе и коалиционного состава, от развязывания военной агрессии против России и её союзников (обобщенная схема влияния систем ПРО на стратегическую стабильность приведена в Приложении 16). НАТО – ключевой элемент политики «силового принуждения» западной ЛЧЦ, который составляет сердцевину более широкой (свыше 60 государств) военно-политической коалиции. Эта структура, кроме того, является основным носителем цивилизационной системы западных ценностей. Нельзя сказать, что Россия не стремится к контактам с НАТО. Только после событий в Украине, произошедших в 2014 году, руководство альянса от таких контактов воздерживается.

Возросшее влияние на МО-ВПО в современном мире оказыаает международный терроризм (МТ). К МТ причисляются террористические акции, осуществляемые на территории двух и более государств либо затрагивающие интересы двух и более государств, а также скоординированная деятельность террористических организаций (ТО) в нескольких странах. Опора на внешнюю финансовую и материально-техническую поддержку и новые ИКТ-технологии (соцсети, зашифрованные мессенджеры, интернетбанкинг, криптовалюты) позволили международному терроризму масштабироваться от преимущественно регионального явления (локальные террористические группы) до уровня глобальной угрозы (международные сетевые структуры). Актуальная практическая задача – совершенствование единой международной системы розыска и судебного преследования террористов. Для этого требуется стыковка законодательства национальных государств в сфере борьбы с финансированием терроризма, а также согласованность регулирования трансграничных потоков миграции. Решение этих задач требует систематических межгосударственных контактов на парламентском уровне с целью обмена лучшими практиками и выработки общих подходов. 

Переход одного качественного состояния и развития объекта (в данном случае ВПО) к другому сопровождается неизбежной сменой парадигм595, как наиболее общих представлений об особенностях и закономерностях развития общества, государства и экономики, что неизбежно и радикально отражается на всей внешней и военной политике государств и других акторов и, как следствие на формировании МО и ВПО. С точки зрения трансформации мирового устройства, структуры МО и ВПО, происходит процесс ускоряющейся трансформации прежних систем в новые, до конца не понятые и не осознанные, который упрощенно называется переходом от однополярности к многополярности. С точки зрения развития глобальных тенденций, переходом к новому технологическому укладу и стремительному развитию новейших технологий, которые радикально меняют экономические и социально-политические условия существования человечества. С точки зрения военно-политической, в 2018–2025 годы, которые можно назвать «переходным периодом» от блокового противостояния к противостоянию широких военно-политических коалиций, резко повышается степень вероятности, что подобный сценарий ВПО будет развиваться по нарастающей военно-силовой эскалации, которая стремительно усиливает внешние угрозы и вызовы самому существованию России. С точки зрения политического и социально-экономического развития России, этот период станет решающим этапом, от результатов которого будет зависеть само будущее государство и нации.

Заключение

Таким образом, ВПО, как уже говорилось выше, – важнейшая часть международной обстановки (МО), следствие её развития и развития основных субъектов, среди которых исключительно важную роль играют локальные человеческие цивилизации (ЛЧЦ) и страны-лидеры, формирующие ЛЧЦ и центры силы, т.е. ВПО – это производная от специфических отношений между всеми субъектами, факторами и компонентами, формирующими  МО, но, прежде всего, отношениями между её важнейшими субъектами: локальными цивилизациями, государствами и коалициями.

Россия стоит перед периодом радикальных перемен в МО и ВПО, вызванных усилением военно-силового противостояния, который открыто угрожает самому её существованию как государства и её идентичности, как нации. Ему, по всей вероятности, будет предшествовать очень короткий период (2019–2024 годов), который, согласно Подберезкину А.И., можно назвать «переходным периодом» «фазового перехода» к новому качеству МО и ВПО, когда сложится их новая структура. Таким образом, вероятно, что этот период будет иметь отсроченный переходный характер, когда изменения в соотношении сил проявят себя более качественно и выразятся в радикальном изменении в соотношении сил, которое, в свою очередь, приведёт к формированию новой структуры МО и ВПО после 2025 года.  Главное отличие «переходного периода», когда происходит силовое информационно-когнитивное «форматирование» правящих элит субъектов ВПО,  от других периодов в развитии военно-политической обстановки в мире (накануне Первой Мировой и Второй мировой войн, в годы холодной войны и «однополярного мира») заключается в том, что чрезвычайно быстрая и качественная смена поколений ВВСТ и, как следствие, способов их использования, создает иллюзию (а, может быть, отчасти, даже и реальность) того, что с помощью прямого, физического, применения военной силы можно решить накопившиеся международные проблемы – быстро и радикально, но, главное, относительно безопасно. Начиная со второго десятилетия XXI века (после осетино-грузинского конфликта 2008 г.) Запад стал значительно осторожнее, сознавая, что в вооруженном конфликте у него уже нет полной свободы рук. «Переходный период» 2010–2025 года – период максимально широкого системного использования силовых средств политики при ограничении на военные действия. Одновременно начата бурная подготовка для «материальной базы» войны. Главной же особенностью политики «силового принуждения» западной коалиции является «милитаризация политики».

Библиография 

 

1. Клаузевиц, Карл фон. «О войне». – М.: АСТ, 2019. 
2. Кравченко С.А., Подберёзкин А.И. Динамика знания о насилии: военные и социокультурные аспекты / Гуманитарий Юга России, 2018. – № 3. – С. 40–41.
3. Подберезкин А.И. Долгосрочное прогнозирование развития отношений между локальными цивилизациями в Евразии: монография /А.И.Подберёзкин и др. – М.: Издательский дом «Международные отношения», 2017. –357 с.
4. Подберезкин А.И. Мир в ХХI веке: прогноз развития международной обстановки по странам и регионам: монография / А.И. Подберёзкин, М.В. Александров, О.Е. Родионов. – М.: МГИМО-Университет, 2018. – С. 41–47.
5. Подберезкин А.И. Современная военно-политическая обстановка: учебное пособие по курсу «Государство и военная безопасность». Том I.  (часть I: Структура и особенности современной ВПО) / Подберёзкин А.И. – М.: Издательский дом «Международные отношения», март 2020. – 658 с.
6. Подберезкин А.И. Стратегия национальной безопасности России в XXI веке : аналитич. доклад / А.И. Подберезкин ; Моск. гос. ин-т междунар. отношений (ун-т) М-ва иностр. дел Рос. Федерации, Центр военно-политич. исследований ;АО «Концерн ВКО „Алмаз–Антей“». – М. :МГИМО–Университет, 2016. – 338 с.
7. Путин В.В. Указ Президента Российской Федерации №815 от 26 декабря 2014 г. «О признании утратившим силу Указа Президента РФ №146 от 2010 «О Военной доктрине Российской Федерации».
8. Шапошников Б.М. Мозг армии. – М.: О-во сохранения наследия, 2016. – С. 655.
9. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. – М.: АСТ, 2016. – С. 37.

 

 

 

 

 

 

21

 

Приложение

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Приложение 1

 

 

21

 

Приложение 2

 

21

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Приложение 3

 

Приложение 4

Приложение 5

Приложение 6

  

 

Приложение 7

 

21

 

 

 

 

Приложение 8

 

 

 

9

 

 

 

 

Приложение 12

 

 

Приложение 10

 

21

 

 

 

 

Приложение 11.

 

 

 
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован